Я вспоминаю такую байку. Один японец, занимающийся производством персональных компьютеров, решил их в нашу страну продавать. Его отправили в одно конструкторское бюро, он походил, посмотрел, потом отказался вести дальнейшие переговоры и поехал к себе назад в Японию. Корреспонденты там его спросили, почему он отказался от сделок с Советским Союзом. И он ответил: когда я ехал туда, я думал, что они отстали на 15 лет, но теперь я понял, что они отстали навсегда — у них даже технологии нет.
Я, с одной стороны, понимаю, что японец прав, а с другой говорю: не ему судить, что есть в России, и что здесь происходит. Россия — это такая странная, чудовищная и чудесная страна, что то, чего нет, появляется неизвестно откуда и оказывается на самом высоком уровне.

Г.П.Щедровицкий:
Позиция моя — простая. Но если вы хотите меня понять, то вы должны отказаться от тех догм и мифов, в которых вы живёте...

— И принять ваши...

Г.П.Щедровицкий:
Не надо, уважаемые коллеги!
Мне такие «китайские болванчики» совсем не к чему. Поэтому ничего не принимайте а веру! Вообще — ничего, а того, что я говорю, тем более. Ни в коем случае! Наш с вами разговор нужен только для того, чтобы вы знали, что есть ещё и другая точка зрения.
Это в своё время обсуждал Александр Пятигорский: «У нас, — говорил он, — странные люди. Они, когда нечто услышат, либо принимают и начинают кланяться, либо уничтожают». А жить-то ведь надо иначе.
Надо знать, что есть вот такая точка зрения, вот такая, ещё вот такая, и я ещё могу придумать десять других. И какая из них истинная — да кто же это знает? Иметь их надо, эти точки зрения, ни одну не принимая, но рассматривая как потенциальное средство в своей работе. Работать надо! Жить надо. И пользоваться теми средствами, которые действуют или могут быть задействованы.